На страницах Globe and Mail Нил Рейнольдс (Neil Reynolds) сопоставляет мнения двух исследователей мировых религий. 

 

«Специалист по внешней политике Уолтер Расселл Мид (Walter Russell Mead) прославился как автор труда «Бог и золото: Британия, Америка и создание современного мира». В своем эссе о распространении христианства он провокативно отмечает: эта религия находится на подъеме практически во всех странах мира, за исключением «ЕС и исламских стран, в которых запрещен прозелитизм».

   

«В абсолютных количествах приверженцев и по доле глобального рынка христианство занимает самые лучшие позиции за всю историю, – отмечает Мид. – За недавние 50 лет христианство превзошло ислам и в качестве наиболее популярной религии в Африке южнее Сахары, и в качестве ведущей авраамической религии в Китае. Только Римская католическая церковь приобрела столько же приверженцев, как количество мусульман-суннитов во всем мире»…

 

С подобной оценкой соглашается британский исследователь международных отношений Скотт М. Томас (Scott M. Thomas), автор труда «Глобальный рост религий: борьба за душу в XXI веке». Он утверждает, что самую впечатляющую динамику распространения в мире демонстрирует не феномен ислама. Это феномен евангелического протестантизма.

         

В своем эссе («Глобализированный бог») Томас утверждает: в мире теперь насчитывается 688 млн евангелических христиан, и они достигли стратегической массы в таких странах, как Китай, Индия, Индонезия и Нигерия. По его мнению, евангелические христиане станут ведущей религиозной, социальной и политической силой в мире на протяжении ближайших ста лет.

  

«Это замечательно, учитывая марксистское прошлое страны, но в Китае быстро распространяются пятидесятничество и евангелическое христианство», – утверждает Томас. К 2050 году количество христиан там может достичь 218 млн – возможно, 16% населения. В том же году, по некоторым оценкам, количество христиан в мире превысит три миллиарда. 

  

Подъем христианства в качестве единственной глобальной религии в мире будет иметь глубокие последствия. Мид описывает это как «самую проамериканскую веру в мире». Дело не в том, что христианство внушает людям проамериканские настроения. По мнению Мида, христианство дает людям «жизненную перспективу, созвучную американским идеалам» – протестантская трудовая этика, предпринимательские стремления и приверженность индивидуальной свободе.

   

А Томас утверждает, что глобальное христианство (и также ислам) будет более консервативным, чем европейское христианство. Однако он ожидает, что евангелическое христианство будет более либеральным, чем римская католическая модель, которую оно заменит в некоторых латиноамериканских странах…

 

Кроме того, по мнению Томаса, глобализация бога сделает «религиозные монополии» более неустойчивыми: «Религия становится вопросом выбора». Такое историческое изменение, по его мнению, уже началось в исламском мире – вероятно, как можно надеяться, как раз вовремя, чтобы избежать религиозной резни в XXI веке».