Sports Illustrated об изгнании России из мирового спорта: «У МОК не было другого выбора»

<br><!--StartFragment-->Потребовалось вторжение России в Украину, чтобы спортивные руководящие органы, такие как МОК и ФИФА, предложили запретить этой стране проводить соревнования.

Для того, чтобы МОК и ФИФА запретили России участвовать в международных соревнованиях, потребовалось военное вторжение этой страны в Украину. Сначала просто осознайте, а потом спросите себя, почему это заняло так много времени.

То, что кажется смелым шагом, на самом деле лишь является признанием существующего положения вещей. Большинство наиболее успешных стран мира еще до того ввели санкции против России, по сути, пытаясь не допустить ее к участию в мировой экономике. МОК и ФИФА просто последовали их примеру – и это единственный разумный выбор. Но это также должно положить конец бессмысленным рассуждениям МОК о том, что Олимпийские игры должны быть вне политики. В 2022 году такая позиция попросту неприемлема.

МОК должен был сделать это. У МОК просто не было выбора, ведь если бы он был, то они выбрали бы какой-то другой вариант. Спортсмены и федерации настаивали на запрете России, а также Беларуси, поддержавшей российское вторжение. Ситуация накалилась до предела. И это заставило МОК отказаться от старого предпочитаемого им способа борьбы со странами-изгоями, заключавшегося в бездействии.

Президент Беларуси Александр Лукашенко может быть удивлен этим решением, поскольку МОК в прошлом ему потворствовал. В декабре 2020 года было объявлено «временных мерах» в отношении Национального организационного комитета Беларуси – для того, чтобы «обеспечить лучшую защиту прав спортсменов и оградить атлетов от любой дискриминации или необоснованного давления». Затем, во время Олимпиады в Токио прошлым летом, белорусские чиновники попытались силой выдворить из Японии легкоатлетку Кристину Тимановскую, насильно доставив ее в аэропорт после жалобы на своих тренеров. Ей удалось сбежать в Польшу, однако МОК разрешил Беларуси участвовать в недавних зимних Олимпийских играх в Пекине.

Где было наказание для Беларуси? Где были гарантии, что это не повторится?

Влияние МОК на мировые дела незначительно – что бы ни говорил президент Томас Бах об «олимпийском движении». Если Россия и Беларусь действительно будут запрещены (что еще окончательно не решено), то эффект за пределами спортивной составляющей будет, вероятно, чисто символическим. Президент России Владимир Путин, очевидно, не собирается выводить танки из Украины, чтобы его футбольная команда смогла попасть на чемпионат мира. И он явно не будет руководствоваться опросами общественного мнения, как это сделал бы лидер демократической страны. Он, несомненно, будет использовать государственные СМИ, чтобы представить запреты как завистливые действия антироссийских организаций, контролируемых Соединенными Штатами.

Запрет на спорт – это всего лишь рычаг, причем не самый мощный. Разочарованные олигархи и падение цен на российские облигации с гораздо большей вероятностью убедят Путина отступить.

Но в последние годы Путин, как и многие другие мировые лидеры, рассматривает Олимпийские игры в качестве средства распространения своей пропаганды: он использовал Олимпиаду в Сочи как платформу для демонстрации могущественной России всему миру, объявил критику государственной допинговой программы антироссийской риторикой, и даже, по-видимому, притворился спящим во время церемонии открытия в Пекине в прошлом месяце, когда представляли украинскую делегацию. Если МОК и ФИФА позволят России продолжать участвовать в соревнованиях, они фактически направят Путину приглашение использовать их для распространения пропаганды в неправомерной и беспричинной войне.

Их послание для Путина сейчас: «Мы были не против того, чтобы нас использовали для распространения пропаганды, но не готовы, чтобы это было для войны».

Это – единственно верный шаг. А еще это шаг, который МОК исторически боялся сделать (и, возможно, отложит его на этот раз, поскольку Паралимпийские игры вот-вот начнутся, а российские и белорусские спортсмены готовы к соревнованиям).

Кратко об истории: В 1980 году Хуан Антонио Самаранч стал президентом МОК после трех лет работы в качестве первого посла Испании в Советском Союзе. В том же году США возглавили массовый бойкот летних Олимпийских игр в Москве. Четыре года спустя СССР объявил бойкот летним Олимпийским играм в Лос-Анджелесе. Самаранч и МОК по понятным причинам рассматривали бойкоты как экзистенциальную угрозу. Бойкоты были вредны для бизнеса.

С 1984 года МОК делал все возможное, чтобы как можно больше стран участвовало в Олимпийских играх. В 80-х годах Самаранч увеличил олимпийские субсидии, а затем объявил, что любая страна, бойкотирующая Олимпиаду, будет лишена права на это финансирование в течение четырех лет. С тех пор бойкоты случались – Северная Корея отказалась посылать спортсменов в Токио прошлым летом и впоследствии была отстранена от участия в зимних Олимпийских играх 2022, – но они были редкими.

МОК может сделать многое для защиты мира, но он может сделать гораздо больше для защиты олимпийцев. Он должен был более жёстко поступить с Беларусью прошлым летом. В последние несколько лет ему следовало более решительно действовать в отношении России. Бах не должен был с радостью участвовать в сокрытии Китаем скандала с Пэн Шуай в прошлом месяце.
В понедельник МОК был вынужден поступить правильно. Спортсмены и федерации должны продолжать давление.