Cитуация с российскими фигуристками обнажает необходимость реформ в фигурном катании: The Stanford Daily о насущном

Американская газета The Stanford Daily опубликовала статью Нэнси Хэмилтон, в которой бывшая фигуристка, тренер, магистр по восточноазиатским исследованиям делится своими впечатлениями от олимпийского турнира среди женщин и призывает к реформам в этом виде

После крайне неудачного финала в женском одиночном катании на Олимпийских Играх в Пекине многие задаются вопросом, что не так с этим видом спорта и можно ли его спасти? - пишет в своей статье для американской газеты The Stanford Daily Нэнси Хэмилтон.

17 февраля мы увидели не только неразбериху, связанную с многочисленными эмоциональными срывами в команде ОКР, но и несколько потрясающих выступлений: безупречная Каори Сакамото, музыкальная Вакаба Хигучи, потрясающая Мэрайя Белл. К сожалению, вместо этих прокатов в памяти остался нелепая и душераздирающая концовка, к которой привела токсичная обстановка, сложившаяся в команде ОКР.

Три спортсменки из России, тренирующиеся под руководством печально известной Этери Тутберидзе были главными претендентками на пьедестал. Однако перед самым началом соревнований в декабрьской допинг пробе 15-летней Камилы Валиевой - главной претендентки на золото, было обнаружено запрещенное вещество. Эта новость омрачила женский турнир и вызвала множество вопросов о том, как тренировочная программа Этери, известной своей строгостью, могла привести к употреблению допинга. Чем можно объяснить наличие сердечных препаратов, улучшающих выносливость в организме 15-летней девушки?

Этот неприятный вопрос, а также роль Этери в ее системе занятий сейчас тщательно изучается. Тем не менее ограничивая исследование этой проблемы только тренировками, мы упускаем из виду более важный вопрос: что движет неустанным стремлением продолжать повышать техническую сложность, порой выходящую за пределы возможностей здорового женского тела? Ответ кроется в методике подсчета очков.

Новая система оценок была введена Международным союзом конькобежцев (ISU) после судейского скандала, развернувшегося в соревнованиях спортивных пар на Олимпийских играх 2002 года в Солт-Лейк-Сити. Теперь вместо старой системы «6.0», в которой судьи распределяли места между фигуристами, баллы присваиваются за каждый элемент, исполняемый спортсменом. Новая методика была призвана защитить спорт от предвзятости, предоставляя объективную основу для подсчета баллов, гарантировавшую невозможность сговора судей. Хотя новые правила достигли этих целей, они также вызвали ряд других проблем, связанных с погоней за баллами, которая подвергает опасности спортсменов и угрожает будущему спорта.

Международная система судейства (IJS) была разработана для поощрения фигуристов, идущих на риск. Баллы выставляются даже за частичное исполнение сложных элементов, что подталкивает атлетов изучать ранее не исполнявшиеся приемы, такие как четверные прыжки. По данной методике за неудачную попытку четверного можно получить больше очков, чем за идеальный тройной. Это привело к тому, что оценка за технику, складывающаяся из баллов за выполненные элементы, значительно возросла, в то время как оценка за артистизм осталась неизменной.

В результате техника стала преобладать над артистизмом. Изначально новая система судейства была разработана под фигуристов, исполняющих в основном тройные прыжки. Женщины не владели четверными, а мужчины осмеливались на них довольно редко. Таким образом, существовал относительный баланс между оценками за технику и артистизм. Однако сейчас исполнение квадов нарушило равновесие. Теперь их соотношение выглядит скорее как 60/40. Возьмем, например, олимпийскую произвольную программу американки Мэрайи Белл, состоявшую в основном из тройных прыжков. По техническому содержанию она напоминает женские программы 2002 года. Ее оценки, баллы за технику и компоненты практически идентичны  (68,3/68,7). Японка Каори Сакамото обладающая превосходной скоростью и каскадом из двух тройных прыжков, которого не было у Белл, получила более высокие баллы, однако соотношение между техникой и артистизмом 51/49 (78,9/74,4). Александра Трусова, показавшая невероятные 5 четверных прыжков (4 из которых она приземлила чисто), получила самые высокие оценки с огромной разницей между техникой и компонентами 60/40 (106,2/71).

Завышенная стоимость четверных прыжков стала причиной значительного развития технической стороны фигурного катания, но какой ценой? Тутберидзе добивается больших успехов со своими юными дарованиями, однако все они эмоционально выгорают или серьезно травмируются уже к 20 годам, если не раньше. Жесткий режим тренировок и диеты задерживают половое созревание, сохраняя тело гибким и аэродинамичным. Техника прыжков, основанная на преротации (скручивании верней части тела непосредственно перед отталкиванием, чтобы увеличить скорость вращения) нанесла вред многим фигуристам. Например, серебряный призер Олимпийских игр 2018 года Евгения Медведева, через 2 года после Игр перестала исполнять прыжки из-за хронической боли в спине, завершив карьеру в 21 год. Так неужели это то, чего мы добивались?

Негативные последствия ощутили не только ученицы Тутберидзе. Успешные квады россиянок подтолкнули фигуристок со всего мира к изучению этих почти невозможных элементов. Вспомните Рику Кихиру, которая стала чемпионкой Японии в 2021 году, исполнив четверной сальхов. Почему ее не было в Пекине? Травма. Как насчет американки Алисы Лью? В 2019 году она поразила мир фигурного катания, выиграв чемпионат США в 13 лет с двумя тройными акселями; на следующий год она вновь победила, исполнив четверной лутц. Однако затем спортсменка потеряла эти прыжки из-за травм и скачка роста. После выздоровления и восхитительного проката в Пекине (пусть и без квадов) ее спросили, будет ли она продолжать работать над четверными. Она ответила отрицательно, потому что тренируя квады она каждый раз получает травму.

А как насчет воздействия на психику? Достаточно вспомнить окончание женского турнира на Олимпийских играх. 15-летняя Валиева выходила на лед последней, недельная эпопея с допинговым расследованием тяжелым бременем лежала на ее хрупких плечах. Она неуверенно приземлила свой первый прыжок, и большинство оставшихся элементов закончились либо падением, либо ошибкой на выезде. 

После такого обескураживающего выступления Этери встретила ее у бортика и резко спросила: «Почему ты перестала бороться?» Когда Валиева расплакалась, ее тренеры отнеслись к ней довольно холодно, позднее безутешную фигуристку успокаивал один из членов съемочной группы российского ТВ. Между тем, ее одногруппница Александра Трусова, которая считала, что заслужила победу благодаря своей произвольной с множеством квадов, закатила истерику, крича на своих тренеров: «Я ненавижу этот спорт! Ненавижу все это! У всех есть золотая медаль, у всех, а у меня нет!». А победительница турнира Анна Щербакова, сидела одна, безучастно глядя в пространство и сжимая в руках мягкую игрушку, в то время как никто из сборной России не пришел поздравить или поддержать ее. Совсем не тот олимпийский финал, о котором все мечтают.

Итак, оценивание компонентов нуждается в серьезной реформе. Баллы за компоненты показывают качество катания: использование ребер и шагов, переходы между элементами, скорость, плавность и такие нематериальные аспекты как представление и композиция – какую историю пытался передать спортсмен, насколько эмоциональным было выступление. В течение многих лет судьи проявляли грубую небрежность при выставлении этой оценки, вяло сопоставляя баллы за компоненты с технической составляющей. Это примитивно и возмутительно. Неужели программа Трусовой с минимальным артистизмом на самом деле является более качественным катанием, чем безупречно исполненная гениальная интерпретация Вакабы Хигучи? Или механические попытки Валиевой закончить программу, во время которой девушка выглядела как пустая оболочка самой себя, были каким-то образом более качественным катанием, чем по-настоящему душевная произвольная программа Мэрайи Белл? Очевидно, что подобные аргументы абсолютно не состоятельны. С этим нужно что-то делать. ISU должен решить данную проблему, иначе велика вероятность, что мрачный финал этого женского олимпийского турнира превратится в повторяющийся кошмар.