В The Athletic разобрали контракт Шестёркина: «Рейнджерс» пока могут с этим жить

Давно мы не возвращались к рубрике «Суд по потолку зарплат». Суть проста: мы выбираем пятерых игроков и пытаемся определить, можно ли назвать их контракт неудачным с точки зрения клуба. Слишком большие деньги, слишком долгий срок — всё в таком духе. Мы приводим аргументы «за» и «против», подбираем сопоставимые примеры, а затем выносим вердикт.

Звучит просто. По крайней мере, должно было бы быть. Но теперь, когда потолок зарплат снова растёт — причём довольно быстро, — остаются ли вообще плохие соглашения? Если не считать очевидных провалов, о которых никто не спорит, почти любую сделку можно защитить, пожав плечами и пробормотав: «потолок ведь растёт».

Но мне по-прежнему нравится этот формат, а в этом сезоне мы к нему ещё не возвращались. Так что попробуем снова: ещё пять имён, ещё пять контрактов и ещё пять вердиктов. Найдётся ли среди них «виновный»? Посмотрим — и начнём с одного из самых громких имён (переведено, касающееся россиянина — прим. Ред.). 

Игорь Шестёркин, «Нью-Йорк Рейнджерс»

Детали: Шестёркин проводит первый сезон по новому восьмилетнему контракту с годовым заработком 11,5 млн долларов. Соглашение действует до 2033 года — к тому моменту вратарю будет 37 лет.

Аргументы в пользу того, что контракт плохой:

Это самый дорогой контракт в истории для вратарей — и с большим отрывом. Если не учитывать истекающее соглашение Кэри Прайса, находящееся в долгосрочном списке травмированных (LTIR), Шестёркин зарабатывает на 1,5 млн больше следующего активного голкипера (Сергей Бобровский) и на 2 млн больше следующего вратаря с долгосрочным договором (Андрей Василевский, у которого ещё два года).

При такой зарплате можно ожидать, что Игорь должен выигрывать «Везина Трофи» каждый год. Но он брал награду (или хотя бы был финалистом) лишь однажды — и это было четыре года назад. Коннор Хеллибак выиграл два последних трофея и получает 8,5 млн долларов по контракту, подписанному на год раньше. Шестёркин лучше? Возможно, судя по текущему сезону. Но лучше ли он на 35%? Если нет — сделка выглядит сомнительно.

Однако главный вопрос даже не в том, что одна звезда получает много денег. Иногда рынок нужно «перезагрузить» — как это было, например, с Кириллом Капризовым. Но проблема в том, что Игорь подписал контракт в 2024 году, и пока это не повлияло на рынок. Из вратарей, подписавших новые соглашения после него, только трое — Лукаш Достал, Эдин Хилл и Логан Томпсон — получили хотя бы половину его годового заработка. Похоже, Шестёркин ещё долго будет значительно опережать всех по зарплате.

И ещё момент: к концу контракта ему будет 37. За последнее десятилетие среди 50 лучших сезонов стражей ворот по показателю «предотвращённые голы выше среднего» лишь два были у голкиперов старше 35 лет (Пекка Ринне и Марк-Андре Флёри). Почти наверняка «Рейнджерс» столкнутся с заметным спадом в последние годы соглашения. Обычно длинный срок компенсируется скидкой по зарплате — но здесь этого нет.

Аргументы в пользу того, что контракт может быть нормальным:

Шестёркин не виноват, что сопоставимые по уровню вратари вроде Ильи Сорокина или Джейка Эттинджера подписали свои контракты раньше него. И хотя Игорь не будет выигрывать «Везину» ежегодно, он очевидно входит в число лучших и самых стабильных голкиперов лиги. Кто-то должен быть самым высокооплачиваемым, и у 31-го номера «синерубашечников» есть для этого веские основания.

Что касается срока, он пугает, пока не вспомнишь, как часто подобные контракты в итоге оказываются в LTIR. Уже упоминался Прайс, да и договор Ши Уэбера всё ещё числится в платёжке. Если всё пойдёт плохо, у «Рейнджерс» будут варианты.

Но всё может и не пойти плохо. Например, два самых дорогих контракта вратарей до Шестёркина — это Прайс ($10,5 млн) и Бобровский ($10 млн), оба на максимальный срок. Сожалеют ли их клубы об этих сделках? И если нет, то действительно ли контракт Шестёркина, пусть и более крупный, но занимающий меньшую долю потолка, — такая уж проблема?

Ключевые сравнения:

Фактически — никаких. И в этом суть проблемы.

Хотя… а проблема ли это? Мы сравниваем Шестёркина с другими вратарями — что логично. Но возможно, сами вратари в целом недооценены. Если учесть, что он зарабатывает меньше, чем Элиас Петтерссон, Кайл Коннор и Митч Марнер, и столько же, сколько Вильям Нюландер, Эрик Карлссон и Мартин Нечас, его контракт уже не кажется таким уж завышенным.

Вердикт:

Дискуссия о том, недоплачивают ли вратарям, — отдельная тема. Пока же можно сказать: контракт рискованный, но не плохой — по крайней мере на данный момент. Пять лет элитной игры вполне могут его оправдать, и первый сезон выглядит обнадёживающе. Если уровень Игоря начнёт падать быстрее, чем растёт потолок зарплат, ситуация станет сложной. Но пока «Рейнджерс» могут с этим жить.

Автор: Sean McIndoe