Бывший игрок «Кэпиталз» Лайк о феномене Овечкина: рок-звезда на льду, изменившая хоккей

Бывший нападающий «Вашингтон Кэпиталз» вспоминает о выступлениях вместе с Алексом Овечкиным в один из ключевых периодов в истории клуба.

Брукс Лайк рассказал, как впервые встретился с россиянином. Это произошло на международной арене — в финале молодёжного чемпионата мира 2003 года, где сборная Канады играла против России. Лайк уже знал об Овечкине, которому тогда было 17 лет, и о его возможностях, но влияние Ови стало ещё более очевидным, когда вскоре после этого он был выбран под первым номером драфта «Вашингтоном».

«Мне было 19, ему — 17. Он, кажется, оформил несколько хет-триков на том турнире и был настоящей силой, с которой приходилось считаться, так что я, конечно, знал о нём заранее. А затем «Кэпиталз» выбирают его на драфте — и это мгновенно корректирует траекторию развития всей организации», — сказал канадец, которого обменяли в «Вашингтон» в рамках сделки по Петеру Бондре в 2003 году.

Овечкину не потребовалось много времени, чтобы заявить о себе: в дебютном матче НХЛ в Коламбусе он забросил две шайбы и даже повредил борт, а затем завершил сезон с 52 голами и 54 ассистами (106 очков), выиграв «Колдер Трофи».

По словам Лайка, такой хоккеист был необходим не только «Вашингтону», но и всей лиге.

«Ови ворвался в лигу и буквально перевернул её… произошло нечто выдающееся», — сказал Брукс. «Лиге это было нужно. Мы только что пережили локаут, игра стала вязкой — много зацепов, удержаний. И тут появляется игрок, который способен перевернуть ход встречи за счёт мастерства и яркости. Это был поворотный момент для всего хоккея, и играть рядом с такой «рок-звездой на льду» было настоящим удовольствием».

Со временем роль Лайка в «Вашингтоне» изменилась: из универсального хоккеиста он стал стабильным бомбардиром средних звеньев, способным выдавать около 20 голов и 50 очков за сезон. Канадец также выходил в спецбригадах и часто располагался в большинстве рядом с Овечкиным.

Лайк, мощный форвард ростом 188 см, отличался жёсткостью, умением закрывать обзор вратарю и подставлять клюшку под броски. При этом он признаётся, что стоять перед выстрелами Овечкина было порой страшно — даже несмотря на то, что тот старался не задеть партнёра.

«Самые ужасные моменты наступали тогда, когда он уже сделал четыре, пять или шесть бросков за матч и не забил. Раздражение нарастает — ведь это лучший снайпер в истории, и всё, о чём он думает, — это забросить шайбу», — вспоминает Брукс.

«Алекс будто выпускал ракеты и, как мне казалось, ему было всё равно, попадёт шайба мне в шею или в лицо. Он пытался буквально прошить сетку. Иногда снаряд летел чуть выше перекладины, и я думал: «О боже», — добавил он с улыбкой. «Сейчас я вспоминаю это со смехом, но тогда было по-настоящему страшно. Но понимаю, что ему надо было забить».

Лайк до сих пор поддерживает связь с Овечкиным и с гордостью наблюдал, как в прошлом апреле его бывший партнёр превзошёл Уэйна Гретцки и стал лучшим снайпером в истории регулярных чемпионата НХЛ. И хотя в начале карьеры Брукс не думал, что россиянин сможет приблизиться к этому рекорду, со временем, наблюдая за его игрой, он понял, что это вполне реально.

«Его уникальное сочетание физической мощи, соревновательного духа и мастерства не имеет аналогов в истории НХЛ», — сказал Лайк. «Он вне конкуренции. Независимо от того, как менялась игра, Алекс стабильно забивал по 50 голов за сезон. Это поразительно».

Автор: Sammi Silber